(с) Тяжесть на спине, свет в лоне.
Побудь подольше во мне, пусти корни.
Когда я под тобой лежу,
торжествующе гордо,
мне кажется - я тебя выношу
из осажденного города...
(с), Павлова В.

Нет ничего невыносимее этого неплавного, рвущегося движения… рваного полета, свободного падения… когда твое тело живет своей отдельной жизнью, замирает и вздрагивает во мне, как я – в кольце твоих легких и сильных рук, пахнущих чабрецом, шалфеем, мятой и луговыми травами. Молчание, в котором есть только два отчаянных человека, их безмолвное, - без единого звука, - сражение; их отчаянная, насмерть – битва. И секунда, минута – раны, страха, всплеска, выплеска – в которой ты невыносимо детским движением опускаешься мне на грудь; склоняешься мне головою на грудь; головою, которую я глажу и прижимаю к своему сердцу – мне на грудь, как раз там, где в ложбинку спряталась родинка. В сгиб моего левого локтя; милая, милая головушка – а пальцы легко могут гладить твой затылок, пока я, маленькая; я, такая маленькая, - могу шептать всякие глупости, такие глупости, немыслимые глупости…
Правая рука живет у тебя на правой лопатке, гладит ее, ощущает теплые твердые зернышки позвоночника, гладит, гладит, ощущает звериную силу легкого, огромного, высушенного солнцем тела…

Я хочу перетечь с этим мгновением в другую жизнь :-) Не хочу оставлять его в этой :-)

Мгновение самой высшей силы. Самой величайшей слабости. Самого немыслимого мужества… - на секунду выпустить себя из планов, оков и рамок и просто отдать себя – СЮДА. В мои ладошки – левая тихонько покоит затылок, правая осторожно поглаживает лопатку… На мою грудь, на мою родинку…